В Москве не умеют пользоваться газом.

Дарья БЫСТРОВА.

Всякий раз, как в Москве случаются взрывы бытового газа, приводящие к разрушениям и человеческим жертвам, власти столицы в экстренном порядке принимают программу по взрывобезопасности. Последний раз такой документ обсуждался после страшного взрыва на Щербаковской улице в июле 1998 года. Тогда при разрушении целой секции девятиэтажки погибли шесть человек. О результатах усилий столичных властей говорят цифры: за четыре года после трагедии на Щербаковской случилось еще 15 очень на нее похожих, в которых погибло более 250 человек.

- Как ни жестко это прозвучит, - сказал "Известиям" заместитель генерального директора Государственного центра взрывобезопасности Алексей БАРД, - никаких чрезвычайных и необычных причин этого чрезвычайного происшествия я не вижу. Более того, для Москвы ЧП, подобные очередному взрыву дома с газопроводом, перестают быть ЧП. И главная здесь причина - износ оборудования. Чудес не бывает. Чтобы предотвратить подобные происшествия, есть два пути: либо менять оборудование, качественно и капитально, либо все ломать и строить новое. ЧП в другом - ничего не делается для замены устаревшего или устаревающего оборудования. Более того, часто приходится слышать от "экспертов", работающих на публику, что технике еще служить и служить. Хотя у коммунальщиков, обслуживающих старый жилой фонд, такой техники попросту нет. До 1994 года именно наш центр нес ответственность за безопасность в домах с газовыми плитами, но сегодня мы отвечаем только за промышленную безопасность, жилье передано в ведение ГО и ЧС. Мы можем лишь давать рекомендации, что и делаем и к чему регулярно не прислушиваются соответствующие службы.

Как рассказали вчера "Известиям" в соответствующих службах: столичной мэрии, ГУПе "Мосгаз" и в экспертном совете Москвы по взрывобезопасности, рекомендации они и сами могут давать. В частности, пресловутая программа взрывобезопасности включает в себя работу по четырем основным направлениям. Первое - профилактическое обслуживание газового оборудования и вывод газовых магистралей из подвалов на фасады зданий - уже меньший эффект от взрыва. Правда, при выводе труб на фасады "доступ к голубому огню" становится практически свободен как для террористов, так и для сумасшедших, и как этого избежать - пока не совсем ясно. Второе - просвещение потребителей, задумано снять леденящие душу ролики о том, как нельзя обращаться с газом. Третье - постепенная замена водонагревательных колонок (сегодня они поставлены "на усиленный режим техобслуживания": раз в четыре месяца специалист "Мосгаза" обязан проверить состояние колонки) и подключение домов к централизованному горячему водоснабжению. Четвертое - вытеснение газовых плит электрическими, в частности, в новостройках уже устанавливают только электроплиты.

Проблема в том, что при продвижении разумной в целом программы не всегда совпадают интересы заинтересованных лиц. "Мосгаз", что понятно, вовсе не хочет лишаться доходов от своей деятельности. Строители сетуют на удорожание строительства, к которому неизбежно приводит внедрение новых методик безопасности, а главное - нет координирующего центра и соответствующих законов.

Как рассказал "Известиям" руководитель научно-технического центра "Взрывоустойчивость" при Московском строительном университете профессор Адольф Мишуев, он последние несколько лет пробивает идею перевести в взрывоопасный весь газифицированный жилфонд.

- Мы уже близки к тому, чтобы оформить это законом и провести его через Госдуму. И тогда уже закон будет требовать от строителей и эксплуатационщиков проектировать и строить дома с учетом возможных взрывов, а от них никуда не уйти. В России 35 тысяч взрывоопасных объектов, не считая газифицированных жилых домов, которые мы хотели бы тоже признать опасными. Страна терпит миллиардные ущербы. Нужны всего доли процента от этого ежегодного ущерба, чтобы провести нормативные базы, рекомендации.

В отличие от ученых столичные власти куда более спокойны.

- Мы не видим основания для того, чтобы устраивать психоз, - заявил вчера "Известиям" невозмутимый вице-мэр столицы Валерий Шанцев. - Просто горожанам при пользованием газом надо соблюдать элементарные правила. Коммунальщики, конечно, обследуют все газовое хозяйство города, особенно дома застройки 60-х-начала 70-х. Предстоит также замена всех газовых плит на электрические, но лишь в перспективе, это очень большой объем работы.

* * *.

Вячеслав БУСАНКИН, генеральный директор Государственного унитарного предприятия "Мосгаз": Магистральный газ так не взрывается.

- Уже сейчас следствие склоняется к версии, что в доме на улице Королева взорвался именно метан. Вы тоже так считаете?

- Учтите, что это мое личное мнение - но магистральный газ так не взрывается. Когда квартира наполняется газом из включенной конфорки, происходит взрыв от любой искры: вылетают стекла в квартире, и обычно возникает пожар. Наших специалистов к завалу пока не пустили, но, судя по разрушениям, это скорее похоже на взрыв баллонного пропана, у кого-то из жильцов там мог быть газовый баллон. По газовым сетям в дома поступает метановая смесь. Она легче воздуха и потому поднимается кверху. Если происходит утечка пропан-бутана из баллона, газ собирается внизу и даже при открытых окнах может оставаться в квартире. Когда он загорается, стоящий рядом полупустой баллон под давлением тоже взрывается, увеличивая силу взрыва и разрушения.

- А раньше в этом доме не было проблем с утечкой газа?

- Именно по этому дому все плановые работы "Мосгаза" были проведены, стояки и наружный газопровод в порядке. И, думаю, экспертиза это покажет. В конце концов не будем гадать, найдут остатки газовой плиты или осколки баллона, тогда все и станет окончательно ясно.

- Как вы оцениваете общую ситуацию с газовой безопасностью в Москве?

- Бюджетные поступления из города идут к нам регулярно, поэтому особых проблем с ремонтом и заменой газопроводов не возникает, в этом отношении жить в газифицированных квартирах безопасно. А основная опасность газифицированных домов сегодня - в их жителях. Они сдают квартиры кому попало, а элементарную технику безопасности при пользовании газом не объясняют. Последний случай с утечкой газа и пожаром был в районе Алексеевской улицы несколько месяцев назад, пожилая женщина не выключила конфорку. Два месяца назад на стройке в районе Бабушкинской улицы из-за халатности одного из строителей взорвался газовый баллон, тогда даже было несколько жертв.

- Производится ли сейчас газификация новостроек?

- Нет, новых газовых линий мы не ведем. Новые дома обычно высотные, а по правилам из-за давления мы можем газифицировать дома высотой лишь до 14 этажей. В центре города происходит замена старых газопроводов при капитальном ремонте, и мы уже практически закончили перевод всех домов на наружные газопроводы.

Борис УСТЮГОВ.

* * *.

Адольф МИШУЕВ, руководитель научно-технического центра "Взрывоустойчивость": Тротил так не взрывается.

- Вы уверены, что был просто взрыв метана?

- Кирпичная стена очень слабая. В панельном доме просто вылетает одна из панелей, а дом остается на месте. При нарушении кирпичной кладки рушатся вышестоящие этажи, стены кирпичного дома выполняют основные несущие функции здания. Взрыв с такими же ужасными последствиями был четыре года назад на Щербаковской улице в Москве. Вообще, могу заметить, самые страшные месяцы для происшествий с газом - вторая половина августа и первая половина сентября. Сама физика явления многое объясняет. В газовых плитах есть маленькие неплотности, но на это смотрят спокойно, потому что есть вытяжки и вентиляция. А в августе-сентябре такой вытяжки нет, потому что снаружи и внутри температура практически одинаковая. И нет движущей силы, типа дымовой трубы. А раз так, даже маленькие утечки накапливаются.

- То есть газовики здесь ни при чем?

- "Мосгаз" не виноват. Если бы в течение дня или, скажем, двух-трех последних часов в аварийную службу звонили жильцы и говорили: "У нас в подъезде пахнет газом", вопрос бы стоял по-другому. А здесь полностью вина - на хозяевах квартиры. Взрыв был только на кухне. Вообще, даже при таких взрывах люди, как правило, остаются живыми. Они гибнут не от давления взрыва, а потому, что конструкции здания разрушаются. Люди вынесли бы гораздо большее давление, чем было при этом взрыве. Таких прецедентов много, мы ведем статистику не только по Москве, но и по всей России, и аналоги просто один к одному, даже картинки одинаковые. Да и по другим приметам это не взрыв тротила, тротил так не взрывается. Был бы совершенно другой характер разрушений. Правда, такой же эффект мог быть при взрыве пороха, потому что он также не детонирует, а просто быстро сгорает, выделяя энергию.

- Но следов взрывчатых веществ не нашли?

- Не нашли, хотя говорят, запах пороха был. Но отличить запах пороха от запаха горящей краски, пропитанной смолой и химическими веществами мебели, промасленной тряпки не всегда может даже специалист. При высокотемпературном разложении возникают именно эти характерные серные запахи. Опять же в природный газ (метан) как раз для того, чтобы легче было обнаружить утечки газа, добавляется соединение серы (меркаптан) с резким и неприятным запахом. При определенных условиях сгорания меркаптан выделяет соединения, сходные по запаху с продуктами от взрыва пороха.

Геннадий АНИСИМОВ.