Гегемон устал.
Рабочий класс становится прослойкой.
Сегодня начинаются вступительные экзамены в профтехучилища:
Три девушки утешали четвертую. Они уезжали в Польшу - работать
швеями на полулегальной фабрике, где делают псевдокарден для
России. Подруга оставалась дома и поступала в профессиональное
училище. О чем она печалилась? Мы слышим бодрые рапорты об
оживлении российской промышленности, о растущем спросе на хороших
работников. Жить бы и радоваться девчонке, а девочка плачет. И по
большому счету она права. Потому что если и есть в стране спрос
на рабочую силу, то либо предлагается мизерная зарплата, либо
вербуют для тяжелой и вредной работы в сырьевых отраслях. За этим
кроется важнейшая на сегодня российская макроэкономическая
проблема - как перераспределить доходы между отраслями, чтобы и
дома швея могла зарабатывать достаточно, чтобы жить по-людски.
Прилично зарабатывать рабочему человеку можно в нефтегазовом
секторе и на предприятиях металлургической промышленности. На
заводах цветмета, к примеру, нынче хороший работник получает
больше 1000 долларов. За это приходится расплачиваться здоровьем.
Неплохо по российским меркам живут нефтяники. Еще - небольшое
число специалистов, которые трудятся на совместных предприятиях.
Но это особая статья, западники, как правило, сами готовят для
себя кадры, учат прошедших конкурс рабочих на своих предприятиях
за рубежом. То есть работать в России стоит сегодня только в
добывающих отраслях, нацеленных на экспорт. Поэтому мечты
министра Починка о создании системы информации для начинающих
работников вызывают улыбку. И так ясно: если не удается заняться
куплей-продажей, устроиться в офис западной компании, научиться
получать дивиденды от политики, надо ехать в Тюмень или к
сибирским металлургам. Или в польский хутор шить "липу".
Конечно, Москва обклеена объявлениями "Требуются...". Но в
столице средняя зарплата меньше 5 тысяч рублей. Это приемлемо для
человека в глубинке, если он откармливает бычков или сдает
картошку со своего участка. Но обеспечивать семью в столице на
пять тысяч нереально.
Перерабатывающая промышленность России фактически стоит. Даже
пищевая отрасль показала спад роста за первые четыре месяца этого
года. Госкомстат свидетельствует, что количество малых и средних
предприятий за это же время уменьшилось по сравнению с 1999 годом
примерно на 1,3 процента. На экономическом языке это называется
спадом инвестиционной активности. То есть деньги не вкладываются
в развитие производства, соответственно - в создание приличных
рабочих мест. Куда же они идут при нынешних ценах на нефть?
А инвестируют доходы добытчики недр в свои же производства.
Остаток - в прошлом году примерно 28 млрд долл. - кладут на
депозиты в западные банки. Вот и макроэкономическая проблема: как
добиться перераспределения доходов между секторами экономики,
чтобы не только новые трубы для перекачки сырья за рубеж
закупались, но и легальные швейные фабрики в России строились в
достаточном количестве, чтобы девчонки в Польшу не уезжали.
Есть три пути решения вопроса. По-советски, как, кстати, и
практикует сейчас власть. Обкладывать экспортными пошлинами
экспортеров и выдавать деньги нуждающимся. Это мы уже проходили -
опыт печальный. Или формировать экономическую систему, похожую на
южнокорейскую. Нефтяники и газовики начинают скупать предприятия
из других отраслей. В итоге российская экономика может быть
поделена на 10-20 российских "чеболей", которые будут производить
и природный газ, и окорочка. Опыт Южной Кореи показывает, что это
тупик. Третий путь - структурные реформы, которые сделают Россию
привлекательной для инвестиций. Путь долгий. Последние действия
правительства позволяют надеяться, что мы на него встали. Но в
ближайшие годы польские пошивочные мастерские останутся
предпочтительнее для российских девочек.
* * *.
Министр труда Александр ПОЧИНОК:
- Сейчас резко растет спрос на квалифицированную рабочую силу.
В начале 90-х учебные заведения массово переходили на подготовку
менеджеров, дилеров и так далее. Но после кризиса 1998 года и
последующего подъема экономики вдруг обнаружился дефицит на
рабочую силу. Конечно, не просто на обладателей дипломов, а на
людей, как говорится, с головой. Сегодня по стране есть более
полумиллиона рабочих вакансий. Примечательно, что многие
предприятия и компании начинают работать в тандеме с учебными
заведениями.
То есть заботятся о подготовке кадров для себя. Проблема есть
в создании единого информационного пространства. Спрос на рабочую
силу растет неравномерно по стране. Где-то, в районах
экономического роста, есть нехватка специалистов, где-то все
иначе. В будущем году я хочу создать такую систему, которая
позволит любому учащемуся где-нибудь в Урюпинске всегда знать,
что спрос на его специальность есть, скажем, в Воронеже. Пока
выбор места работы у многих молодых специалистов ограничивается
регионом проживания.
* * *.
Визажисты вместо маляров.
Идея швейной машины с программным управлением, широко
разрекламированной знаменитым тульским предприятием ВПК,
провалилась. Не оправдались надежды и на дизельный двигатель,
освоенный на другом, не менее известном оборонном заводе.
Скандальную известность получила газовая плита, которую работники
Горгаза запрещают использовать по соображениям безопасности.
Опрос, проведенный среди тульских старшеклассников, показал, что
из ста выпускников школ идти на завод собирается один.
"Сегодня только один рабочий из десяти удовлетворяет
требованиям современного производства, - считает директор завода
"Тулажелдормаш" Юрий Тарасов. - Получается замкнутый круг: чтобы
привлечь квалифицированных рабочих, нужны деньги. А чтобы
заработать деньги, нужны квалифицированные рабочие".
43 тульских УНПО выпускают в этом году семь тысяч
специалистов.
И столько же недостает на предприятиях. Но работодателей, как,
впрочем, и выпускников, ждет разочарование - подготовка кадров
отражает не столько реальную потребность региональной экономики,
сколько социальные заблуждения общества. Десять лет назад
государственный план подготовки рабочих был упразднен, и училища
стали ориентироваться на спрос. В результате маляров вытеснили
визажисты, токарей - менеджеры, сантехников - юристы.
Училища финансируются по количеству обучаемых, поэтому
руководство пытается сохранить их численность. В итоге обладатели
"престижных" дипломов прямиком отправляются на биржу труда, а
потребность в рабочих только растет, утверждает замдиректора
областной службы занятости Вячеслав Букатов. Сегодня спрос на
фрезеровщиков, слесарей-инструментальщиков и шлифовщиков
превышает предложение в 10 раз, плотников - в 16, каменщиков - в
46, а токарей - в 68 раз.
Сергей ЖДАКАЕВ, Тульская область.
Георгий ОСИПОВ.
